ЗНАЧИМОЕ, ЦЕННОЕ, РАЗУМНОЕ

То, чему мы реально придаём значение в нашей жизни определяет её осмысленность, содержательность, удовлетворённость — качество жизни в целом. Я рассматриваю умения и навыки регулировки уровня значимости тех или иных наших жизненных обстоятельств как центральный фактор саморегуляции. Способность человека определять и регулировать уровень значимости лежит в основе власти человека над обстоятельствами, власти над самим собой и является одним из главных критериев его личной силы. При этом умение обнаружить и по достоинству оценить действительно важные для себя явления (содержания) нашей жизни характеризует мудрость и личностную зрелость человека.

В этом смысле всё, что является предметом нашего внимания, может быть для нас либо не значимым, либо значимым, либо сверх значимым. Разумно предположить наличие определённого диапазона значений, которые мы чему-либо можем придавать. В зависимости от положения на этой «шкале значений» можно говорить об уровне значимости. И именно то, какой уровень значимости получает определённое явление или обстоятельство, будет определять степень влияния его на личность. Чем выше значимость, тем сильнее зависимость личности от этого содержания.

Речь идёт о несогласованности, неконгруэнтности имеющегося уровня значимости и реальной ценности определённого содержания. Например, человек может придавать очень высокий уровень значимости состоянию собственной стабильности и сильно тревожиться по поводу неопределённости перспектив. И это входит в серьёзнейшее противоречие с реальной ценностью субъектности и уверенности в себе. То есть стремление к уверенности в благополучии завтрашнего дня входит в противоречие с ценностью уверенности в себе. Или же, к примеру, сверхвысокий уровень значимости темы справедливости в отношениях входит в противоречие с ценностью благополучия самих отношений. А также множество случаев, когда «хотелось, как лучше, а получается как всегда»: явления гиперопеки родителями детей, примеры крайне неадекватного аффективного поведения (руководителей по отношению к подчинённым, супругов по отношению друг к другу, продавцов по отношению к покупателям и наоборот… ).

Я полагаю, что в целом большинство форм так называемых «неадекватностей» — то есть форм явно нецелесообразного и тем самым неадаптивного, серьёзно наносящего вред поведения напрямую связано с указанным выше рассогласованием значимости и ценности. Совершенно резонно возникает вопрос о закономерностях такого рассогласования. Почему людям бывает важно поступать себе во вред, принося тем самым себя в жертву фантому неадекватной значимости? Ведь, казалось бы, само название нашего вида — «человек разумный» — предполагает приоритет разумных решений! Но разве назовёшь разумным то характерное для подавляющего большинства людей обстоятельство, что они придают огромное значение вещам малоценным?! При этом значимость реальных ценностей зачастую только декларируется!.. Вряд ли такое положение дел разумно.

За более чем двадцатилетний опыт работы в качестве профессионального психолога и психотерапевта, и, соответственно, такой же солидный период изучения «повадок» представителей «Homo sapiens» в контексте их неуёмного «стремления к самоизнасилованию», мне удалось выявить некоторые важные закономерности. Главный вывод о природе столь трагического «перепутывания» ценного и значимого состоит в том, что в сфере самоуправления и самоорганизации люди остаются на уровне разума представителей «каменного века»! То есть современный человек не просто не пользуется дарованным ему природой разумом, но даже использует его себе во вред. Полагаю, что подавляющее большинство наших современников (вне зависимости от места проживания, происхождения, национальности и образования) пользуются разумом ещё хуже, чем их далёкие предки. Ибо для решения задач самоуправления и самоорганизации требуется соответствующий более высокоорганизованный разум.

То, что люди не очень-то склонны пользоваться разумом для организации внутренней психической жизни (и тем самым — для высокого качества жизни в целом) стало открытием второй половины прошлого века. С появлением психологических направлений, сутью которых является «интеллектуальная» составляющая в конце 70-х (нейролингвистическое программирование и некоторые другие течения типа ТРИЗ) стало очевидно, насколько незначительно современная психология тогда (да по большому счёту и теперь) уделяет внимание разуму как принципиально существенному условию самоорганизации («самореализации», «индивидуации», «самоактуализации»).

Всё, что до этого было создано для оказания помощи людям с клиническими и психологическими проблемами характеризовалось как раз принципиальным игнорированием фактора разума. Так, игнорирование интеллектуальной инициативы самого субъекта для решения им своих же проблем характерно для всех религиозных доктрин и практик (превалирование духовного над интеллектуальным), практически для всех оккультных и эзотерических направлений и соответствующих практик. В подавляющем большинстве из огромного на сей день числа собственно психологических и психотерапевтических методов (по некоторым оценкам их на сей день не менее 2000!) весьма определённо проводится идея принципиальной пассивности клиента (и прежде всего интеллектуальной пассивности — «Вам не надо думать», «думать вредно и опасно»).

Даже в популярном сейчас эриксоновском гипнозе заложены пресуппозиции бессмысленности разума и интеллектуальной пассивности для достижения целебного эффекта: «целительность (только! — П.С.) транса», «депотенциализация сознания». Короче, веры разуму нет, только бессознательное разумно, но оно, к сожалению не использует интеллектуально-аналитическую функцию! Это, конечно, понятно почему: раз клиент (не говоря уже про статус человека как пациента) при его разуме и высоком интеллекте «дошёл до жизни такой», то этот его разум и интеллект есть слишком слабый фактор противостояния негативным и разрушительным силам. Поэтому его следует вынести «за скобки».

Только с появлением и укреплением к концу20-го столетия генеративного подхода к решению клинических и психологических проблем человека, стало всё больше утверждаться профессиональное убеждение, что главным ресурсом для человека как клиента и даже как пациента становится егоспособность к генеративному мышлению! Тогда роль психолога и психотерапевта и даже врача становится простой и понятной — это организация генеративного мышления клиента или пациента.Получается прямо противоположная традиционной в практической психологии и психотерапии профессиональная ситуация: специалист не только не должен игнорировать фактор разума и интеллекта, но, наоборот, — в его прямую обязанность должно входить всячески побуждать и инициировать мышление клиента (пациента), направленное на результат, на достижение им же самим желаемого для него же самого состояния. Важный итог такого «генеративного управления» клиентом (пациентом) — переосмысление и переоценка содержания и обстоятельств проблемной ситуации.

Способность человека к генеративному мышлению полностью отвечает потребности современного человека использовать разум и интеллект по назначению, — а именно для обеспечения необходимых психологических условий для грамотной самоорганизации и счастливой жизни. Я полагаю, что для нас с вами, уважаемый читатель, это есть единственное по настоящему валидное условие для согласования наших глубинных намерений и реальных ценностей жизни. Для того, чтобы понять самого себя, раскрыть свои имплицитные глубинные (бессознательные) побуждения и следовать им в сознательных формах поведения, важно обладать соответствующим инструментарием. Генеративное мышление, строящееся на имеющихся противоречиях несогласованных изначально структур нашей индивидуальности, эти противоречия не просто убирает (по старому — лечит), но использует для согласования этих структур на более высоком уровне. Позиция и инструментарий генеративного мышления — есть тот самый искомый ещё с алхимических времён «философский камень», который, как это очень часто бывает, находится где-то очень близко, прямо в нашей способности мыслить точно и конструктивно.

Recent Posts

Leave a Comment