АУТЕНТИЧНОСТЬ ЛИЧНОГО МАСТЕРСТВА

Люди в своей профессии подразделяются на два неравных класса: класс мастеров и класс компетентных (или не очень компетентных) исполнителей. И третьего не дано! Нельзя быть «немножко мастером»: мастер либо есть, либо его нет. «Да» или «нет», — есть истинные слова, а всё остальное – от лукавого (Библия).

Ценность мастерства безусловна и крайне желанна для каждого человека, для каждого профессионала. Мне представляется, что только в мастерском качестве человек реализует себя и осуществляет своё действительное предназначение. Иначе говоря, только в мастерском состоянии человек по-настоящему естественен именно как человек, а не как биосоциальное существо. И именно в мастерском качестве в первую очередь проявляется его подлинность и аутентичность. Отсюда становится понятно, что путь к успеху и счастью каждого человека обязательно лежит через мастерское овладение своей деятельностью и жизнью в целом.

Этот тезис бесспорен и очевиден. И в силу этого может показаться простым и необязательным для нетребовательного к себе субъекта. Поэтому многие люди так и не становятся мастерами своего дела и своей жизни. Потребность в личном мастерстве – если так можно выразиться — нетребовательна в отличие от потребности в еде. Витальные потребности значительно громче заявляют о себе, чем потребности в мастерском состоянии и мастерском статусе.

Я предлагаю рассматривать особенности личного мастерства именно как самостоятельную потребность человека. Потому что это и есть, по сути, реальная необходимость в самоактуализации и творчестве как человека взрослого. Знаменитый отечественный психолог Сергей Леонидович Рубинштейн выделяет три основные формы жизнедеятельности человека: игра, учение и труд. Можно говорить о том, что в основе каждой формы лежит определённая фундаментальная эволюционная потребность человека. Я предлагаю именно необходимость взрослого человека в творческом, — мастерском качестве своей деятельности квалифицировать как основу его потребности в труде. Потребность в труде, фактически, на мой взгляд, и есть потребность в личном мастерстве.

За многие годы моей психотерапевтической практики у меня появилась возможность сделать очень важный вывод. А именно: творческие люди-мастера – счастливые люди. И при этом совершенно не обязательно они успешны в социальном отношении. Скорее даже наоборот: достигшие политических и административных высот субъекты в большинстве своём не могут назвать себя счастливыми. Это наблюдение подтверждается исследованиями и других авторов. В частности, богатство, как показатель социального успеха руководителя собственного бизнеса на Западе, имеет явную обратно-пропорциональную связь с удовлетворённостью жизнью. А В.В.Макаров – президент ОППЛ, профессор, исследователь истории и состояния современной мировой и российской психотерапии, — так прямо и утверждает, что ему не приходилось встречать счастливых среди богатых людей.

Это настоящий парадокс. Получается, что многие люди испокон веков страстно преследуют призрак. Призрак богатства и финансовой состоятельности весьма привлекателен. Но в качестве самостоятельного критерия личностной состоятельности он, оказывается, выступать не может! Человек же счастлив, когда он личностно состоятелен! Субъект, тем не менее, может обрести личностную состоятельность в погоне за призраком богатства (редкий вариант), так и не заработав серьёзных денег. А.Н.Леонтьев описывает этот феномен как сдвиг мотива на цель. Желая заработать, человек увлекается содержательными сторонами деятельности, реальные достижения в которой становятся для него самостоятельной целью. Тогда счастье для него возможно и что-то новое и очень ценное для него открывается: ценность творчества и мастерства. Однако, чаще всего на пути к богатству много соблазнов совсем не творческого порядка…
Путь к личному мастерству и творчеству тернист. Но это и есть тот самый заветный и единственный путь к Счастью и — по сути — Путь к Себе, к собственной аутентичной уникальной индивидуальности. Тернистость этого Пути состоит в преодолении соблазнов и в овладении трудностями профессиональных и жизненных ситуаций.

Я эти ситуации называю тестовыми. Тестовые ситуации – те профессиональные и жизненные ситуации, в которых субъекту, образно говоря несладко, некомфортно, — трудно. И у него есть сильная тенденция использовать простые (и «понятные» всем живым – даже одноклеточным существам) решения – убежать (в «зону комфорта»).

Быть в комфорте – биологически естественно. И для человека в том числе. Только вот, оказывается, что для личностного благополучия это просто катастрофично. Такова природа человека: он не может быть только потребителем. Приверженность к комфортному образу жизни теснейшим образом коррелирует со стремлением к финансовой и социальной состоятельности.
Я полагаю, что стремление к внешним и призрачным критериям персонального успеха есть способ саботажа тех вызовов тестовых ситуаций, которые обнаружились в жизненных трудностях. Перефразируя известную поговорку, можно сказать так: «Скажи мне какие у тебя трудности, и что ты с ними делаешь, и я скажу тебе кто ты»! Именно трудности тестовой ситуации требуют от взрослого человека неординарных решений и действий. Что побуждает к творчеству и приводит в результате к профессиональному и личному мастерству.

Никому в жизни не удавалось избегать трудностей. Но иллюзия, что можно и желательно прожить жизнь, «катаясь как сыр в масле» у многих имеется. Но, что хорошо для животных (в том числе и для животного начала в человеке), то губительно для личности. Стремление избежать трудностей тестовых ситуаций непременно ставит субъекта в позицию маленького ребёнка. Знаменитый Милтон Г. Эриксон иронизировал по этому поводу: «Я знаю, что взрослые люди существуют. Но мне пока не приходилось их вдеть»…

Взрослый человек имеет принципиально иное, чем животное или маленький ребёнок, отношение к трудностям, неизбежно возникающим в его жизни. Если инфантильный субъект в трудностях усматривает дискомфорт и страдание, то для взрослого это есть возможность достижения нового качества. Инфантильная позиция субъекта, когда он пасует перед вызовами (благодаря совладанию трудностей) проявляется в так называемом феномене заниженной самооценки.
Заниженная самооценка – это негативно эмоциональное отношение к собственным возможностям. Субъект априори прогнозирует собственное поражение, неудачу в принятии вызова тестовой ситуации.

Проявляется заниженная самооценка через сомнения в себе, — собственных способностях и достоинствах и, в конечном итоге, — в неверии в себя. Противоположным состоянием заниженной самооценки является принятие себя и своих возможностей как достойных и перспективных, самодостаточность и самоценность. Тем самым мы имеет дело с адекватной самооценкой, с реальной уверенностью в себе. Уверенность в себе аутентична по природе своей, в то в время как неуверенность в себе – проявление негативных инфантильных установок.

В основе неуверенности в себе лежит страх поражения, страх наказания, детские страхи несоответствия мнению значимых других (боязнь насмешек, критики…). Выдающийся американский психолог исследователь Мартин Селигман открыл явление выученной беспомощности у животных, а затем и у человека (1967). В силу негативных факторов социализации, ребёнок, а затем и взрослый в состоянии выученной беспомощности не верит в то, что в негативной для него ситуации он может что-то изменить и даже не делает для выхода из такой ситуации никаких действий. Формируется неадаптивный стиль поведения и пессимистическая жизненная установка: «жизнь такая трудная, зато короткая». Выученная беспомощность коварна. Она настоятельно требует своей компенсации. Люди уходят в «бесплодные мечтания» (феномен блаженной надежды, который я открыл и описал ранее в одноимённой статье) и пустое времяпровождение, алкоголизм, неконструктивные отношения… Часто уход из тестовой ситуации для некоторых означает уход из жизни…

У взрослого человека страхи заниженной самооценки надуманны и не имеют в настоящем времени и в теперешней жизни реальных корней. Сомневающийся в себе человек воспроизводит негативный опыт детских отношений в первую очередь с родителями, учителями и другими значимыми для него взрослыми людьми, а затем и со сверстниками. Паттерны недооценивания себя восходят к прошлому и непосредственно связаны с негативным прогнозом в будущем человека. Изменение негативной самооценки опирается, прежде всего, на исследование возможностей настоящего состояния способностей, убеждений, ценностей и предназначения личности. Переоценка собственных возможностей, таким образом – необходимый и крайне важный процесс для каждого неуверенного в себе человека.

Становление взрослой позиции человека, жизненно необходимое для его эволюции, непременно предполагает изучение и преодоление его инфантильной позиции, связанной с неуверенностью в себе. Для взрослого человека неуверенность в себе не просто глупое состояние, оно катастрофично для его успешной и счастливой жизни. Поскольку исключает состояние творчества и личного мастерства как основы жизненного успеха, личностной состоятельности и счастья.

На мой взгляд, система работы по утилизации неуверенности в себе предполагает следующие составляющие:

  • определить, какие именно тестовые ситуации и вызовы характерны для субъекта в теперешней его жизни;
  • понять, какие именно трудности человек испытывает в этих тестовых ситуациях;
  • расшифровать базовые ограничивающие убеждения, фиксирующие субъекта в состоянии выученной беспомощности и определяющие его инфантильную позицию;
  • определить круг привычных форм саботажа вызовам тестовых ситуаций;
  • сформировать программу работы над переводом субъекта из статуса заложника и жертвы обстоятельств в статус «героя» (Роберт Дилтс, Стив Гиллиген);
  • определить на этой базе совокупность первоочередных задач и приоритетных целей, обеспечить их формулирование и работу по их достижению.

Мне эта программа работы над собой представляется крайне необходимой для любого любознательного и творческого человека, желающего преуспеть и обрести состояние счастья. Только личное мастерство и творчество, принятие трудностей и радость жизни делает эту жизнь осмысленной. И только осмысленная жизнь, опирающаяся на личное творческое мастерство, удовольствие и радость, естественна, аутентична и достойна человека. Тогда становится понятной главная библейская заповедь возлюбить Творца своего всем сердцем и разумом и ближнего своего яко себя самого.

Силенок Пётр
кандидат психологических наук, психотерапевт единого реестра профессиональных психотерапевтов Европы и единого Всемирного реестра, сертифицированный мастер-тренер НЛП международной категории, действительный член и преподаватель международного уровня ППЛ, член совета по психотерапии и консультированию Краснодарского края и республики Адыгея, научный руководитель краснодарского Центра психологии и бизнесконсультирования «Логос».

Recent Posts

Leave a Comment